Байкальский капкан для Захара Прилепина
В напряженном ритме июля 2021 года, когда внимание читателя мечется от новостей из ковидных госпиталей к новостям о лесных пожарах и подтоплении дачных товариществ в Иркутске, случаются и позитивные моменты. Во второй декаде месяца в Иркутскую область приехал писатель Евгений Николаевич Прилепин, взявший на себя нелегкий труд – спасти Байкал от всех бед.
На этот подвиг, сравнимый с достижениями мифического Геракла, Евгений Прилепин, более известный читающей публике как Захар Прилепин, вышел не один: вместе с ним на защиту священного озера встал бывший американский киноактер, а ныне гражданин Российской Федерации Стивен Сигал. У Стивена Сигала есть хоть какой-то повод: по его словам, его дед был бурятом и жил в районе города Кяхты. Это довольно далеко от Байкала, да и было довольно давно, но, по крайней мере, это логическое объяснение, которое ничем не хуже любого другого. У Захара Прилепина никаких формальных связей с Байкалом нет: он бывал в Иркутске в прошлом (на встречах с читателями), но сейчас ему более всего интересна биография писателя Михаила Шолохова, которую он пишет на родине, в верховьях Дона. Об этой работе он говорит с искренней заинтересованностью: есть, говорит, много «рифм» между 1918–1921 годами и нашим временем – тут тебе и Гражданская война, и отношения с Украиной, и интервенция – вооруженная и идейная. Книга, наверное, получится, интересная.
А вот насчет защиты Байкала уверенности никакой. 12 июля Прилепин и группа его единомышленников приняли участие в заседании Координационного совета по сохранению Байкала. Задачу этот орган поставил себе прямо-таки наполеоновскую: «Координационный совет под руководством Захара Прилепина и Стивена Сигала поставил себе целью объединение и систематизирование деятельности большого числа общественных, экологических организаций, которые сейчас работают на Байкале и уже многого добились, но зачастую действуют разрозненно, что сказывается на их эффективности. Мероприятие собрало ученых, представителей местной администрации, общественных организаций, туризма и предпринимательства, а также журналистов и блогеров».
Видеозапись мероприятия, доступная в интернете, свидетельствует: мероприятие провалилось со страшным треском. Условное сообщество защитников Байкала в нынешние времена более всего напоминает не что иное, как сообщество «детей лейтенанта Шмидта», описанное Ильфом и Петровым. Каждый, кто хоть раз сталкивался одновременно с тремя и более «защитниками», должен вспомнить бессмертные строки: «Постепенно упорядочили свою деятельность внуки Карла Маркса, кропоткинцы, энгельсовцы и им подобные, за исключением буйной корпорации детей лейтенанта Шмидта, которую на манер польского сейма вечно раздирала анархия. Дети подобрались какие-то грубые, жадные, строптивые и мешали друг другу собирать в житницы».
За полтора часа общения «защитники» выложили Прилепину и его группе полный комплект страшилок, мифов, баек и даже откровенного вранья. Чего стоит, к примеру, рассказ о невероятной экологичности автохтонных пород овец, которые чуть ли не единственные спасли Красную армию во время Великой Отечественной войны: овцы, дескать, и пасутся сами, и шерсть дают, и только что на бойню не строем идут. В реальности же зубы овец устроены таким образом, что они срезают любую траву у самой земли, и потому приличных размеров отара уничтожает пастбище практически подчистую. Именно поэтому овцеводы – самые последовательные кочевники среди всех иных скотоводов. В Иркутской области в конце 1980-х разгорелся жесточайший конфликт между Прибайкальским национальным парком и колхозами Ольхонского района именно из-за того, что овцы уничтожали многие уникальные растения на территории заповедника. Но рассказать об этом Прилепину было уже некому, потому что у каждого была своя боль.
Тут надо сказать, что Прилепин является не только писателем, но и политиком, планирует участвовать в выборах в Государственную думу VIII созыва и уже имеет в запасе разработанный Стивеном Сигалом законопроект, предполагающий тюремные сроки и пожизненное отстранение от своих должностей виновных в загрязнении окружающей среды и нарушении экологического законодательства. Вообще-то в Уголовном кодексе РФ есть целая глава 26, посвященная исключительно экологическим преступлениям, и в ней чуть ли не каждая статья завершается санкцией в виде лишения свободы. Стивену Сигалу, как гражданину РФ с небольшим стажем, простительно об этом не знать. А остальным на всякий случай напоминаем: не волнуйтесь, граждане, все уже продумано до вас.
К сожалению, в случае с «защитниками» увещевания, напоминания и призывы хотя бы не кричать друг на друга в тесном помещении работают плохо. У каждого есть своя идея-фикс, своя уникальная тема. Представители туристического бизнеса считают, что только они несут на Байкал свет цивилизации в виде био-туалетов и баков для сбора мусора. Коренные жители Байкала уверены, что в туризме все зло, а жить надо по старинке, рыбной ловлей и огородами. Активисты из Иркутска могут без подготовки произнести проникновенную речь о злобных энергетиках, по собственному произволу сливающих Байкал в угоду прибыли, а активисты из Бурятии – о не менее злобных японцах, уже захвативших целлюлозно-картонный комбинат. Небольшая проверка позволила бы выяснить, что режимы работы ГЭС устанавливают федеральные органы власти, а на упомянутом ЦКК замкнутый цикл оборота воды, но Прилепин и его команда вряд ли станут этим заниматься.
На заседании самозваного Координационного совета бросался в глаза один факт: на нем не было ни одного ученого. Ни местного из Иркутского филиала Сибирского отделения Академии наук, ни приезжего из Бурятского института природопользования СО РАН, ни какого-нибудь гостя из Москвы. Вообще ни единого – только общественники со своими очень приблизительными представлениями о реальности. По этим представлениям, очень экологичным является «закон Чингисхана» (завоевателя, уничтожившего множество государств и вырезавшего под корень целые народы), воду в XXI веке нужно брать из колодцев, питаться нужно рыбой, а туалет местного жителя в прибрежной зоне может и должен (если того пожелает владелец) находиться на улице. Некоторые из них до сих пор говорят об обмелении озера – в те самые дни, когда его уровень растет на полметра за 30 дней, а Иркутская ГЭС спешно открывает водосбросы. Эти люди гордятся тем, что именно они остановили строительство завода по розливу воды в Култуке, и обещают «вывести на улицы тысячи людей», если встанет вопрос о создании на Байкале федеральной территории.
– Это плохая история – и интернациональная, и федеральная. Байкал должен оставаться достоянием тех, кто живет на его территории, – заявил на заседании Координационного совета соратник Прилепина Александр Казаков, в недавнем прошлом член Центрального совета Всероссийского общества охраны природы.
Удивительно, что человек с таким природоохранным опытом не знает основ законодательства об охране Байкала. Озеро давно является как минимум «федеральной акваторией» – федеральному закону об охране Байкала (а это единственный во всем федеральном законодательстве документ, посвященный отдельному природному объекту) уже 22 года.
Природоохранному движению в Иркутской области – не карикатурному, а реальному – не менее 70 лет. За это время оно изучало распространение спирогиры и выступало против сплошных рубок, добилось запрета на сплав леса и перевозку нефтепродуктов по озеру, закрытия БЦБК и переноса нефтепровода «Восточная Сибирь – Тихий океан», в значительной степени перевоспитало региональные и местные органы власти.
Приезжие же «защитники Байкала» вроде приснопамятного Николая Николаева за это время преуспели немного: запретили ловлю омуля, оставили Култук без рабочих мест на единственном предприятии без каких бы то ни было выбросов – вот вроде бы и все их достижения.
Члены Координационного совета (не все, но такие были) всего через полтора часа откровенного разговора без тени сомнения требовали перекрыть и разобрать Транссибирскую магистраль и БАМ, снести Иркутскую ГЭС, а там и все остальные постройки на берегах Байкала. Совет еще не сделал ничего полезного, но уже вызывает вопросы – это точно про экологию или речь идет про личные амбиции, обиды и конфликты?
Остается только посочувствовать Захару Прилепину – с такими соратниками его ждут «большие успехи». Хочется верить, что он своим обостренным писательским чутьем уловил главное: проблемы Байкала нельзя решить наскоком. Нельзя, как обещал его соратник Казаков, открыть здесь общественную приемную и общаться с жителями Прибайкалья на дистанции. Так уже пробовали, и кончилось это ничем.