Бумажная стена
В разгар пандемии оказалось, что российский изобретатель не может протестировать у себя в стране приборы для борьбы с ковидом.
Владимир Михайлов – Заслуженный изобретатель России (автор 320 патентов и свидетельств на объекты интеллектуальной собственности – прим. авт.), предприниматель, учредитель предприятия, выпускающего медицинские изделия, депутат Костромской областной думы. В масштабах всей России он стал известен, когда выдвинул свою кандидатуру на президентских выборах 2018 года. Кстати, именно Михайлов был единственным кроме Владимира Путина претендентом-самовыдвиженцем, которому ЦИК разрешила собирать подписи.
Одна из последних идей Михайлова касается борьбы с коронавирусом. Если вирус погибает при высокой температуре, а основными «воротами» для его проникновения в организм человека являются дыхательные пути, нужно создать определенные условия для дыхания: такие, чтобы вирусу наносился максимальный ущерб, но человек при этом не получал сопутствующего вреда для здоровья.
Защитить «ворота»
- При том, что температура тела здорового человека +36,6 градуса Цельсия, наши носоглотка и легкие более охлаждены, - излагает свою идею сам изобретатель. – При вдыхаемом воздухе в +15 градусов температура выдыхаемого – порядка +32 градусов. Благодаря охлаждению дыхательных путей вирус получает возможность закрепиться и размножиться, создавая «плацдарм» для дальнейшей атаки на организм. Известно, что пики заболеваемости как сезонными ОРВИ, так и коронавирусом, приходятся на декабрь-январь. Обратите внимание, что при заборе биоматериала для того же теста на ПЦР берут его не под языком, к примеру, где температура под 37 градусов, а именно в носоглотке, где она находится в диапазоне от +31 до +34 градусов. Когда наше тело начинает борьбу с болезнью, температура повышается, но хуже всего защитный механизм работает как раз в дыхательной системе, постоянно охлаждаемой воздухом извне.
Владимир Михайлов сделал устройство, которое подогревает воздух до температуры тела и выдает через трубку, оснащенную контрольным устройством, в район лица человека. Помимо стационарного варианта, который может устанавливаться как для профилактики дома или на рабочем месте, так и у постели больного, есть варианты мобильные, в виде своеобразного воротника.
- Температура +37 градусов и выше эффективна при борьбе с коронавирусом. Согласно данным Минздрава РФ, именно при температуре +37 градусов вирус инактивируется в течение одного дня. Также она обеспечивает максимальную активность защитного слоя слизистой дыхательных путей - ресничек мерцательного эпителия. Перегрев выше +38 градусов нежелателен – угнетаются реснички и снижается их защитная функция,- рассказывает Владимир Михайлов.
Возникает резонное замечание – если в помещении будет постоянно поддерживаться температура воздуха в 37 градусов, то находиться в нем сутки или хотя бы несколько часов будет очень тяжело - элементарно жарко. Однако в том–то и дело, аргументирует Михайлов, что нагревается только тот воздух, который поступает непосредственно в область дыхательных путей. В помещении может быть температура +20 градусов, тело при этом не перегревается, но дышит человек подогретым воздухом.
- Я постоянно использую эти приборы, так сказать, испытываю их на себе, и никакого дискомфорта не ощущаю,- говорит изобретатель. Он предполагает, что использование подобных устройств, как для профилактики, так и для лечения больных COVID-19 позволит снизить заболеваемость и повысить процент выздоравливаемости в медучреждениях.
Кстати, в современных аппаратах ИВЛ используется тот же принцип – воздух, подаваемый в легкие больного, обязательно нагревается в пределах +37 градусов. Но происходит это, когда состояние больного уже близко к критическому. А в тех же палатах и реанимациях температура воздуха не должна превышать 24-26 градусов Цельсия.
Заслон идеям?
Сегодня, когда от вируса каждый день умирают тысячи людей, необходимо использовать каждый шанс для борьбы с ним. Проверять идеи, отбраковывать несостоятельные и способствовать внедрению тех, что доказали свою действенность. Однако так ли происходит на самом деле?
Медицинское изделие по российским законам должно пройти определенные этапы исследования – технические, клинические и токсикологические испытания. Вроде все правильно, ведь речь идет о здоровье людей. Но с другой стороны опыт Михайлова показывает, что как раз с проверкой дело у нас обстоит непросто.
Владимир Михайлов исписал порядочную гору бумаги, отправляя запросы в Министерство здравоохранения, Администрацию Президента и прочие ведомства, пытаясь получить регистрационное удостоверение на изделие. В одном уважаемом медучреждении сообщили, что готовы провести клинические испытания данного устройства, но нужна его регистрация.
- Согласно существующим на данный момент нормам для прохождения регистрации медицинского изделия оно должно пройти необходимые экспертизы. В их рамках должны быть представлены сведения об аналоге устройства, уже зарегистрированном в РФ. Если же аналога нет, необходимо проводить исследования с участием человека – чего, собственно, мы и добиваемся. Но к таким испытаниям допускаются только те приборы, которые уже прошли регистрацию в РФ! Круг, как говорится, замкнулся,- сетует Михайлов.
То есть, по факту получается, что нашим российским изобретателям и ученым можно зарегистрировать приборы, которые являются аналогами того, что уже создано их коллегами у нас или за рубежом. А вот если они изобрели что-то новое – российские нормы не позволяют даже проверить, насколько их детище эффективно.
За границей сделают, а мы скопируем?
Мы не можем утверждать, что прибор Михайлова действительно окажется эффективным – это дело специалистов. Но сложившаяся ситуация, откровенно говоря, настораживает. Можно много говорить об инновациях и мечтать о роли ведущей мировой державы в области не только вооружения, но и мирных технологий, но для этого как минимум нужно, чтобы у российских изобретателей и ученых была возможность проверять свои идеи.
Мы отправили запросы в несколько столичных и региональных клиник, специализирующихся на лечении больных ковидом, чтобы просто услышать мнение врачей-практиков о целесообразности проведения испытаний изделия, придуманного Михайловым. Однако разговора так и не получилось. Везде мы слышали либо отказ от комментариев в принципе, либо же нас отправляли за получением ответа «по официальным каналам». Ну не хотят сегодня медики, особенно занимающие официальные должности в системе здравоохранения, говорить что-либо без разрешения «сверху» - даже чтобы просто помочь разобраться в вопросе. Если еще 10-15 лет назад это было возможным, то теперь все – отучили.
- Существует постановление премьер-министра Правительства РФ Михаила Мишустина, изданное в начале 2020 года, о том, чтобы апробированные средства борьбы с ковидом проходили ускоренную регистрацию. Но для этого ведь их нужно сначала апробировать! – говорит Владимир Михайлов. - Сейчас все уперлось в создание новых видов вакцины, но помимо медикаментозного лечения и прививок есть еще физиотерапевтические методы, которые веками доказывали свою эффективность в комплексной борьбе с заболеваниями. В случае с коронавирусом физиотерапию пока не применяют, только таблетки и уколы.
По моему мнению, при Минздраве должна быть создана специальная комиссия из профессионалов, которая рассматривала бы предложения по борьбе с пандемией. И в том числе помогала доводить до логического конца работу над перспективными изобретениями,- продолжает Михайлов. - Хотелось бы, чтобы эта комиссия также проанализировала сложившиеся препоны в нормативной базе, мешающие этой борьбе, и способствовала их скорейшему устранению.
Но пока такого органа, или его аналога, который смог бы выстроить эффективный диалог между медицинскими учреждениями и изобретателями, нет. И Владимир Михайлов ищет другие пути для своей идеи. Столкнувшись с невозможностью получить регистрацию изделия в РФ, он стал предлагать его властям других государств:
- Я считаю, что не имею морального права чего-то ждать. В конце концов, вполне вероятно, что если в другой стране изделие, работающее по аналогу с моим изобретением, будет внедрено, в конце концов, оно придет и в Россию.
Сергей Семенов
Комментарий эксперта
Игорь Гундаров, доктор медицинских наук, кандидат философских наук, профессор, академик РАЕН:
«Мы больше не создаем ничего принципиально нового»
- У нас в стране действительно сложилась парадоксальная ситуация с изобретениями в области медицины. Можно сказать, что стремление государства не допустить ущерба для здоровья граждан уничтожает саму возможность внедрения изобретений, поскольку их необходимо испытывать, а это сопряжено с определенными рисками. Для принятия решения о том, что тот или иной прибор, метод лечения, технология должны пройти испытания, с одной стороны, нужно быть убежденным в их большой научной, практической, медицинской ценности. А с другой - быть уверенным в том, что это не нанесет серьезного вреда испытуемым.
Принять такое решение может только коллектив профессионалов, трепетно относящихся и к науке, и к благу людей, обладающих большим опытом в своем деле, мыслящих творчески, способных принимать интуитивные решения. Ведь большинство новых изобретений, действительно прорывных технологий рождаются именно так. У нас же в стране сегодня процесс интеллектуального творчества, в том числе в медицине, настолько формализован и бюрократизирован, что подобному подходу просто не осталось места. Всему новому ставится бюрократический заслон.
В результате мы, конечно, ничем не рискуем, но ведь больше и не создаем ничего принципиально нового! На мой взгляд, в таких условиях российская наука не может двигаться вперед. О каких инновациях в медицине можно говорить, когда государство вольно или невольно выработало систему, при которой эти инновации не имеют шанса быть даже просто проверены и апробированы?
Возможно, пандемия коронавирусной инфекции, которая поставила перед нашим здравоохранением ряд серьезных вопросов и задач, требующих решения, а также обнажила больные места нынешней системы менеджмента от медицины, даст толчок для этих изменений. Я уверен, что для того, чтобы мы вышли из тупика и в будущем получили прорыв в медицине, необходимо отказаться от системы так называемого «эффективного менеджмента», в том виде, в котором она сегодня сложилась в органах здравоохранения. И дать большую свободу научной и творческой мысли.