О лишениях, страданиях и боли тех самых «сытых» москвичей

Почему на коронавирусные ограничения в Москве так ополчился столичный бомонд?

Ведь даже робкие мэрские полумеры, возможно, спасли тысячи жизней. Я уже приводил сравнение Финляндии, где карантин был обязателен, и Швеции, где он считался добровольным, а власти открыто взяли курс на коллективный иммунитет. Почти 5 тысяч – разница в смертях, и она не в пользу шведов.

И тем не менее, у креаклов – ярость из разряда «умри ты сегодня, чтобы мне было хорошо!». Откуда?

Ответ, возможно, в одном графике.



Здесь видно, как изменились доходы по группам за время коронакризиса в сравнении с прошлым годом. Сильнее всего пострадали два самых обеспеченных дециля. В них-то как раз и находятся высокие московские зарплаты. Например, поголовье «стотысячников» сократилось почти вдвое.

Причём похудели как раз доходы у самых креативных, работавших «по-серому». У всех этих эффективных мерчендайзеров, креативных директоров, свадебных фотографов и прочих вольных социологов. Исчез фронт работ, усохла нефтяная рента, невостребованными оказались креативность и стильность, за которые в тучные годы хорошо доплачивали московскому среднему классу.

Падение с приличных доходов на обычные оказалось очень болезненным. А возвращения к ним придётся ждать, возможно, годы. Но не факт, что вообще дождёшься.

И что остаётся подешевевшему креативному классу, кроме как перенаправлять невостребованную творческую энергию в направлении разоблачений и обличений столичных и федеральных властей? Ну не в сварщики же идти в самом деле?

PS