Странная смерть: умерла судья, выносившая приговоры по самым громким делам
Федеральный судья Басманного суда Москвы Юлия Сафина умерла от последствий COVID-19. Об этом сообщает ТАСС со ссылкой на источник из ее окружения.
«Несколько дней назад после осложнений от коронавируса на 45-м году жизни умерла судья Юлия Сафина», — рассказал собеседник агентства.
О смерти Сафиной от последствий COVID-19 также сообщил источник РЕН ТВ.
РБК обратился за комментарием в пресс-службу Басманного суда.
Юлия Сафина участвовала во многих громких делах. В разные годы она избирала или продлевала меры пресечения экс-совладельцам Промсвязьбанка Дмитрию и Алексею Ананьевым, обвиняемым по делу экс-министра по делам «Открытого правительства» Михаила Абызова, экс-главе банка «Открытие» Евгению Данкевичу, владельцу строительной компании-подрядчика объектов «Роскосмоса» ООО «Инженерные системы» Сергею Сластихину.
Помимо этого Сафина была председательствующей судьей в заседаниях по делам экс-главы Серпуховского района Александра Шестуна, экс-губернатора Кировской области Никиты Белых, а также основателя фонда Baring Vostok американца Майкла Калви.
В 2009 году, рассматривая дело предпринимателя Ильи Шермана, Сафина установила, что тот вступил в преступный сговор с пятью сообщниками и путем обмана за 39 тыс. руб. получил права на земельные участки Подмосковье, оцениваемые более чем в 500 млн руб. В 2018 году Илью Шермана, имевшего гражданство России и Израиля, задержали в Италии и выдали России. Сафина признала его виновным и назначила семь лет тюрьмы, пишет «Коммерсант».
Однако Мосгорсуд, рассматривая жалобы на приговор, счел ее решение искажающим «саму суть правосудия». В мае этого года квалификационная коллегия судей Москвы лишила ее судейского статуса, а дело бизнесмена направили на новое рассмотрение.
Сафиной удалось обжаловать в высшей квалификационной коллегии судей (ВККС) решение о своем увольнении. В результате лишение судейского статуса было заменено на предупреждение.
Читайте также: Все боятся: зачем Россия выдвинула НАТО невыполнимый ультиматум, — Марков