Уроженец Пскова Максим Орлов продолжает рассказывать о своём лечении в Коммунарке
Уроженец Пскова, руководитель пресс-службы Комплекса градостроительной политики и строительства Москвы Максим Орлов ранее уже делился впечатлениями относительно своего самочувствия во время коронавируса, после которого ему удалось вернуться к обычной жизни.
На этот раз он рассказал о своей госпитализации в Коммунарку и том, как попал в реанимацию на аппарат ИВЛ.
«Больница в Коммунарке поражает. Я был в ней пару раз, ещё когда мы её строили, как говорится, «знал её ещё котлованом». Она похожа на декорацию к «Гостье из будущего»… Но – к делу. В приёмном отделении очень быстро сделали анализы (кровь, мазок на COVID-19, который подтвердился, сняв неопределённость). Сделали КТ, которая убрала иллюзию про чистые лёгкие. Оказалась двусторонняя полисегментарная пневмония. На соседних койках сидели ещё пять поступивших пациентов, трое из которых были женщинами-медработниками – и из скорой, и из поликлиник. Они нещадно кашляли и постоянно звонили по своим рабочим вопросам», – рассказал Максим Орлов.
По словам Максима Орлова, его поместили в одноместную палату на пятом этаже. «Между палатой и коридором – санитарный тамбур. Всё как в телевизоре про инфекционные боксы показывают. Над кроватью – красная кнопка вызова персонала. Все вещи у меня были с собой, куртка висела в шкафчике», – описал обстановку уроженец Пскова.
«Ключевой моей ошибкой на этом этапе была госпитализация в субботу. Друзья, старайтесь ложиться в наши больницы в будние дни! В выходные работает дежурный врач с парой студентов-волонтёров и санитарка, и они не делают резких движений. Тем не менее из новых препаратов мне сразу назначили «Плаквенил» и ещё горсть таблеток, сиропов. Эти первые двое суток хотелось более интенсивной терапии, хотел неделю полежать и уйти домой, поэтому мне всё не нравилось. Я был жертвой пиара, хотелось магического лечения, «как у Лещенко». Я даже немного побузил (тогда ещё были силы), так как мне назначили антибиотики, к которым я был предположительно резистентен. Правда, дежурный врач не послушал», – поделился Орлов.
Через несколько дней у нового пациента Коммунарки с 94 до 88 упала сатурация (количество кислорода в крови), а температура продолжала держаться на уровне 38 градусов, усилился кашель. «В середине дня понедельника я вызвал дежурного врача и сказал, что мне хуже. «Тогда в реанимацию», – с лёгким нажимом сообщила дама в скафандре. И я с ожиданием другого лечения и некоторым страхом отправился на каталке на первый этаж – туда, где кислород», – рассказал Максим Орлов.