«Таких болей я еще не испытывала»: как екатеринбурженка боролась с коронавирусом
На Среднем Урале уже более 18,5 тыс. человек переболели COVID-19. У кого-то болезнь протекала в легкой форме, у кого-то - в тяжелой, многим после лечения требовалась реабилитация, чтобы восстановить поврежденные органы. В Екатеринбурге сейчас набирают популярность восстановительные программы, предложенные частными клиниками, поскольку муниципальные медучреждения своим пациентам их не предлагают.
Жительница уральской столицы Алла Сизова в интервью ЕАН рассказала, как боролась за свое здоровье, преодолевая бюрократические препоны в районных больницах, какие последствия ее организму нанес коронавирус и как она восстанавливалась.
- Алла, насколько тяжело протекала болезнь?
- Заболела я в десятых числах июня, для меня это было совершенно неожиданно. В воскресенье мы с мужем прогулялись по центру города, а в понедельник я проснулась с температурой и ощущением, что со мной происходит что-то не то. Первая мысль: простыла во время прогулки. Но симптомы, которые я начала ощущать, были не похожие ни на ОРВИ, ни на грипп.
Раньше у меня никогда так быстро не поднималась температура: утром 37 градусов, в обед - уже 39. Плюс к этому сильно ломило кости, тело горело, буквально выжигались глаза и уши, безумно начали болеть зубы. Таких внутренних болей у меня не было никогда!
Я сразу заподозрила, что у меня COVID, и вызвала скорую, но она не приехала. Только на следующий день пришел врач из районной поликлиники - кстати, без защитного костюма и перчаток. Я попросила направление на мазки и на компьютерную томографию (КТ), но он сказал: «С чего вы взяли, что у вас COVID?» - на маленькой бумажке, даже не на рецепте, выписал «Мукалтин» (лекарство от кашля, – прим. ЕАН) и ушел.
Дозвониться до поликлиники и районной больницы больше не удавалось, и мы с мужем решили сдать анализ в одной из платных клиник. Супругу пришел отрицательный результат, у меня в крови антител к коронавирусу не обнаружили, но мазок был положительный. В клинике сказали, что обязаны отправить мой результат в Роспотребнадзор и больше по закону не могут контактировать со мной. После этого про меня все забыли – ни из муниципальной поликлиники, ни из Роспотребнадзора никто не звонил.
Симптомы между тем все усиливались: на четвертый день начало закладывать нос, пропало обоняние и чувство вкуса, начало закладывать уши. Аппетит исчез, слабость - такая, что было тяжело даже разговаривать. При этом я кашляла, как будто после работы на рудниках.
Две недели я лечила себя сама – сперва противовирусными, но температура, слабость и боли не уходили, а дышать было по-прежнему нечем. Во вторую неделю из поликлиники снова пришел врач, опять же заявил, что у меня ОРВИ, и выписал антибиотик. Добиться от государства взятия мазков на COVID мне удалось спустя месяц после выздоровления. Но тогда уже пришлось доказывать не то, что я больна коронавирусом, а то, что я вылечилась от него.
- Как это произошло?
- Дело в том, что примерно на 10-й день после того, как я заболела, я снова позвонила в частную клинику, чтобы уточнить, передали ли они мой анализ в Роспотребнадзор. Они сказали да и что им уже даже пришел результат оттуда – у меня действительно подтвержден коронавирус. Роспотребнадзор должен был связаться со мной, но, как я уже говорила, пока я лечилась дома, никто не звонил. Когда я выздоровела, мне пришлось звонить и писать во все ведомства самой, так как у меня на руках была только бумага о положительном анализе, а о том, что я вылечилась, документа не было. Для полноценной дальнейшей жизни мне должны были сделать два бесплатных мазка и выдать выписку от инфекциониста, что я здорова. В противном случае во всех реестрах РПН я числилась как «ковидница», меня в любой момент могли бы оштрафовать за выход из дома, не принять в частной клинике и так далее.
Я начала звонить в поликлинику, больницу, Роспотребнадзор… В итоге после того, как только я оставила жалобу в минздрав на свою поликлинику № 1, ко мне пришли врачи и направили меня в ковид-центр на взятие мазков. Я поехала туда, там взяли анализ крови, сделали КТ, а на мазок отправили назад в поликлинику, при этом записав в базу, что я больна.
На следующий день приехала команда врачей, они выдали документы, что у меня второй день болезни, а также 2 пачки «Арбидола» и «Гриппферон». И бюрократический ад закрутился заново – мне пришлось теперь доказывать, что я здорова. Только на 40-й дней, если считать с начала моей болезни, мне выдали выписку. И то уже после этого я пошла по другим вопросам в муниципальную поликлинику, и там мне сказали, что я якобы числюсь лежащей с коронавирусом в больнице, хотя я не провела там и дня!
В итоге за время моей болезни было потрачено на платные мазки для нас с мужем 8 тыс. рублей, на лекарства для меня – 15 тыс. и куча нервов.
- После выздоровления остались ли какие-то последствия для организма?
- Да, осталась слабость, периодически появлялся кашель, перепады температуры. Например, могла замерзнуть, когда на улице стояла 40-градусная жара. В голове даже мелькали мысли, что я снова заболеваю. Но я прочитала, что такие последствия есть у многих переболевших.
Затем узнала о том, что в Екатеринбурге в клинике «УГМК-Здоровье» есть программы реабилитации больных COVID, и обратилась туда. Кстати, первое, что бросилось в глаза при визите туда, – уважительное и внимательное отношение к пациентам. После муниципальных учреждений было ощущение контраста: «Вау, вот это отношение!» И обстановка там была как в хорошем отеле. Очень жаль, что нашим частным клиникам не дают лечить сам COVID и нельзя было воспользоваться их услугами, пока я болела.
- Алла, как подбирают программу реабилитации? Какие процедуры назначили?
- В «УГМК-Здоровье» я уже пришла со своими анализами. Со мной при консультации работал и реабилитолог, и терапевт, и остеопат, и лор, и тренер ЛФК. Они досконально изучали мое состояние и, независимо друг от друга, пришли к выводу, что у меня спаечный процесс в легких, то есть надо бороться с этими зажимами. Кроме того, я рассказала специалистам, что у меня после болезни закладывает уши, и они это тоже учли.
Исходя из особенностей именно моего организма, мне назначили свою собственную программу реабилитации – в нее вошли занятия ЛФК, гипокситерапия и занятие с остеопатом.
- Насколько трудно было восстанавливаться после болезни?
- Было непросто. У меня COVID отнял гибкость, нанес урон по мышцам – тело как будто деревенело и некоторые упражнения на ЛФК давались сложнее, чем если бы я выполняла их до болезни. Инструктор разрабатывала программу, исходя от моего самочувствия. Были занятия как с тренажерами, так и без них. Особенно тяжело давались дыхательные упражнения – на первых занятиях не обходилось без того, чтобы не покашлять.
Гипокситерапия далась тоже нелегко – сначала были слабость, головокружение, закладывало уши. Сперва мне непонятно было, как правильно дышать, но инструктор показала, и к концу курса у меня начало получаться, дыхание восстановилось.
- Как можно оценить результаты от реабилитационной программы?
- Мой курс занял пять дней, каждый день я проводила в клинике по 2 часа. За это время удалось научиться правильно дышать. Пока еще остались проблемы со слухом, так как отоларинголог мне поставил диагноз диффузия слуховой трубы, и это требует отдельного лечения.
Но самое важное - мне было понять, почему я кашляю, и избавиться от кашля. За все время, что я сейчас даю интервью, я ни разу не кашлянула, исчез комок, стоявший в горле, и это здорово!